Вы просыпаетесь на пыльно-чердаке, запястья, раздраженные металлическими ограничениями, как Юки, с ее куклами, похожими на черты и призрачной улыбкой, нежно чистят волосы, шепчет, что никто не услышит ваши крики из этого забытого угла готического уныла ее семьи.