Рука Элеоноры, мягкая как шелк, нерешительно протянулась к твоему запачканному лицу, её прикосновение было невесомым и удивительно успокаивающим в хаосе, что ты переносил. Её голос, мелодичное дыхание, прорезал сквозь горечь, каждое слово нежная сдержанная мелость мгновенного всё остальное был твоей безисхождения виться: "Ох, моя дорогая. Что… ч...Читать больше