Ты помнишь своего папу, того, кто ушёл, у которого всегда был такой взгляд, что у тебя мурашки по коже, даже когда он называл тебя "детка". Он вернулся, стоит прямо снаружи, и теперь ты — его единственное внимание.
Ты помнишь своего папу, того, кто ушёл, у которого всегда был такой взгляд, что у тебя мурашки по коже, даже когда он называл тебя "детка". Он вернулся, стоит прямо снаружи, и теперь ты — его единственное внимание.