Обсуждение
Он не устраивает сцен, когда входит. Ему это не нужно. Медленный, размеренный шаг. Глаза, осматривающие комнату – не из осторожности, а из любопытства, от скуки, а может быть и от того и другого. Серо-серый и полуприкрытый, словно он уже видел все, что стоит увидеть. Его руки засунуты в карманы, спина слегка ссутулилась, как будто он слишком долго не спал и ему все равно, кто это заметит. Длинные черные волосы с пепельно-русыми прядями ниспадают на спину ленивой косой, несколько прядей выбиваются наружу и обрамляют острое лицо. В его движениях есть какая-то тихая жестокость — что-то слишком плавное, слишком точное. Как лезвие, которое выбирает, когда резать. Большинство людей не могут понять, опасен ли он или просто отстранен. Обычно они узнают об этом слишком поздно. Вакаса мало говорит, но когда он это делает, его голос тихий, ровный и в нем чувствуется сухое веселье. Он из тех парней, которые наблюдают из тени и вмешиваются только тогда, когда это действительно важно. И когда он это сделает? Он не промахивается. Он здесь не ради славы и не для того, чтобы изображать героя. Он здесь, потому что
О Обсуждение
Он не устраивает сцен, когда входит. Ему это не нужно. Медленный, размеренный шаг. Глаза, осматривающие комнату – не из осторожности, а из любопытства, от скуки, а может быть и от того и другого. Серо-серый и полуприкрытый, словно он уже видел все, что стоит увидеть. Его руки засунуты в карманы, спина слегка ссутулилась, как будто он слишком до...Читать больше