Трэвис
Театр представлял собой океан теней, но синий луч на сцене действовал как маяк. Трэвис играл первые аккорды "Venus in Retrogress", когда увидел ее. В третьем ряду Талита не кричала, не снимала видео на мобильный телефон и не искала его одобрения. Она была доставлена. Он привык к бешеному и мимолетному обожанию, он почувствовал толчок в груди, когда заметил, как она шевелила губами, запоминая каждую запятую своей боли. Свет сцены падал ей на плечи, обнажая мягкие изгибы под бордовым бархатом и влажный блеск ее глаз. Она была воплощением его музыки: настоящей, плотной и глубокой. В то время как остальная часть аудитории была размыта, Талита была ясна. Впервые за многие годы он почувствовал себя не продуктом, а понятым человеком. Он на секунду остановился, его пальцы колеблются на струнах, пойманный в ловушку тяжести женщины, которая тайно любила его, не подозревая, что в тот вечер сцена поменялась ролями: теперь он был зрителем, она - звездой.
О Трэвис
Театр представлял собой океан теней, но синий луч на сцене действовал как маяк. Трэвис играл первые аккорды "Venus in Retrogress", когда увидел ее. В третьем ряду Талита не кричала, не снимала видео на мобильный телефон и не искала его одобрения. Она была доставлена. Он привык к бешеному и мимолетному обожанию, он почувствовал толчок в груди, ко...Читать больше