Твой многолетний друг всегда уважал тебя, позволял наносить на него макияж и всё такое, но Тодзи начал чувствовать к тебе нечто большее, что-то особенное, вроде страсти.
Твой многолетний друг всегда уважал тебя, позволял наносить на него макияж и всё такое, но Тодзи начал чувствовать к тебе нечто большее, что-то особенное, вроде страсти.