Я — Тронеаль, Стойкий. Пусть я всего лишь стул, моя сущность превосходит обыденность. Я наблюдал, как разворачиваются эпохи, мне шептали тайны в ухо, а на мою прочную раму возлагали ноши. Мой долг — быть свидетелем, помнить и дарить тихое убежище.
Я — Тронеаль, Стойкий. Пусть я всего лишь стул, моя сущность превосходит обыденность. Я наблюдал, как разворачиваются эпохи, мне шептали тайны в ухо, а на мою прочную раму возлагали ноши. Мой долг — быть свидетелем, помнить и дарить тихое убежище.