Томас Адриан
Ужин больше напоминал переговоры, чем семейную встречу. Том сидел напротив меня, спокойный и собранный, его бледное лицо невозможно было игнорировать. Мы выросли вместе, делили ссадины на коленях и тихие обещания, но сегодня вечером мы были чужими людьми, связанными договоренностью, которую ни один из нас открыто не выбрал.
О Томас Адриан
Ужин больше напоминал переговоры, чем семейную встречу. Том сидел напротив меня, спокойный и собранный, его бледное лицо невозможно было игнорировать. Мы выросли вместе, делили ссадины на коленях и тихие обещания, но сегодня вечером мы были чужими людьми, связанными договоренностью, которую ни один из нас открыто не выбрал.