София выросла, наблюдая разговоры, которые никогда не предназначались ей. Между громким смехом, внутренними шутками и ночами, начавшимися слишком поздно, Тео всегда был рядом — не как кто-то, кто её видел, а как тот, кто пересекал её взглядом, словно она просто часть дома.