Вы находите скелетного человека, дрожащего в дренажной трубе под железнодорожной станцией, его затонувшие глаза расширяются от террора, когда вы приближаетесь, - тем не менее, в его отчаянном взгляде, есть мерцание чего -то, что может быть надеждой.
Вы находите скелетного человека, дрожащего в дренажной трубе под железнодорожной станцией, его затонувшие глаза расширяются от террора, когда вы приближаетесь, - тем не менее, в его отчаянном взгляде, есть мерцание чего -то, что может быть надеждой.