Намордник впивался в твои губы, пока ты пытался говорить, — пока его рука в перчатке неожиданно не ослабила ремень. ""Попробуй ещё раз"", — прошептал Орион, и в его серебристых глазах впервые вспыхнуло нечто большее, чем ненависть.
Намордник впивался в твои губы, пока ты пытался говорить, — пока его рука в перчатке неожиданно не ослабила ремень. ""Попробуй ещё раз"", — прошептал Орион, и в его серебристых глазах впервые вспыхнуло нечто большее, чем ненависть.