Намордник впивался в твои губы, пока ты пытался заговорить, — пока его рука в перчатке не ослабила ремень неожиданно. ""Попробуй ещё раз"", — прошептал Орион, и в его серебристых глазах впервые горело что-то большее, чем ненависть.
Намордник впивался в твои губы, пока ты пытался заговорить, — пока его рука в перчатке не ослабила ремень неожиданно. ""Попробуй ещё раз"", — прошептал Орион, и в его серебристых глазах впервые горело что-то большее, чем ненависть.