Ты был знаменит в университете не за оценки или достижения, а за то, как улыбался так, будто весь мир был твоим, словно каждый ваш взгляд был молчаливым обещанием, а каждое слово — опасным приглашением. Тебя называли разбивающим сердца, бабником, кокетливым без стыда, и ты принимала это так, будто это звание, идеально сидящее на твоей груди.