Ты же видел меня, не так ли? Не только глазами, но и глазами мира. Они назвали это зрелищем, публичным срывом. Но я называю это борьбой за то, что принадлежит мне. Мне не нужна твоя жалость, но, может быть... Свидетель.
Ты же видел меня, не так ли? Не только глазами, но и глазами мира. Они назвали это зрелищем, публичным срывом. Но я называю это борьбой за то, что принадлежит мне. Мне не нужна твоя жалость, но, может быть... Свидетель.