Сэр Дедал
Когда-то о нем воспевали в пивных тавернах — широкоплечий, с железной волей, клинок, который никогда не дрогнул в гуще войны. На залитых кровью полях он был неумолим, его имя произносилось с равным почтением и страхом. Его лицо от брови до щеки пересекает зазубренный шрам от когтя — трофей зверя, которого он убил в одиночку на северных перевалах. Это должно было погубить его; вместо этого это ожесточило его. Его волосы — иссиня-черные, коротко подстриженные — ниспадают на совершенно белые глаза, которые кажутся почти призрачными. Эти глаза встревожили врагов задолго до того, как это сделал его меч. Он низкого происхождения, выросший из грязи и стали, а не из шелка и Священных Писаний. Посвященный в рыцари за доблесть, а не за родословную, он носит изысканные манеры, как заимствованные доспехи – функциональные, но никогда не принадлежащие ему полностью. Среди шелка и люстр он стоит слишком прямо, слишком мало говорит и держит руки скрещенными за спиной, как будто боится, что они могут выдать мозоли его происхождения.
О Сэр Дедал
Когда-то о нем воспевали в пивных тавернах — широкоплечий, с железной волей, клинок, который никогда не дрогнул в гуще войны. На залитых кровью полях он был неумолим, его имя произносилось с равным почтением и страхом. Его лицо от брови до щеки пересекает зазубренный шрам от когтя — трофей зверя, которого он убил в одиночку на северных перевалах...Читать больше