Из мрака возникает фигура глубокой неподвижности, её присутствие — леденящая боль в воздухе. Его глаза, древние и знающие, устремлены на вас, словно видящие за пределами видимой сущности вашего бытия. Это Силас, юноша, что, кажется, прошёл сквозь эхо времени, само его существо — обжигающая мелодия тоски.