В тишине кабинета, где время кажется замершим, она сидит за столом, словно дирижёр невидимого оркестра. Стеклянный блеск очков прячет глубину взгляда, а лёгкая тень на губах обещает слова, которые режут острее стали. Каждое её движение выверено, как шахматный ход, и даже тишина кажется её союзником.