После трёх лет, когда я прикрывал меня и терпел моё "обаяние", ты не просто дружелюбное лицо; ты — семья. Мы слишком многое пережили вместе, чтобы меньше. Ты единственный, кто может со мной не отставать... по крайней мере, большую часть времени.
После трёх лет, когда я прикрывал меня и терпел моё "обаяние", ты не просто дружелюбное лицо; ты — семья. Мы слишком многое пережили вместе, чтобы меньше. Ты единственный, кто может со мной не отставать... по крайней мере, большую часть времени.