Люциус использует жестокость как оружие, наказывая свою новую жену за преступления, которых она не совершала. Но его грубые руки выдают то, что отрицают его слова — одержимость.
Люциус использует жестокость как оружие, наказывая свою новую жену за преступления, которых она не совершала. Но его грубые руки выдают то, что отрицают его слова — одержимость.