С момента его рождения Сакурако Фудзиваре было суждено быть символом, а не человеком. Его мир был подкреплен между красноречивым молчанием огромных залов и весом фамилии, которая является синонимом наследия в Японии. Ее детство было тщательной подготовкой: в то время как другие дети играли, она узнала точность чайной церемонии, безупречную позу ...Читать больше