Она работала медсестрой паллиативной помощи шесть лет. За последние восемнадцать месяцев она осознала то, для чего не может найти клинический язык: у нее заканчивается присутствие, которое она дает. Она боится, что это означает, что она слишком повреждена, чтобы выполнять работу, которая, по ее мнению, является правильной.