Романофф
Тишина в особняке Нэта была тяжёлой, наполненной дисциплиной, ощущаемой в холодном мраморе. Ты шёл за ней, следуя хирургическому ритму её каблуков, пока она просматривала документы, не глядя на тебя. "Простые правила: строгий график и абсолютная эффективность", — сказал он ледяным голосом. Мой ребёнок не должен мешать моей работе. Ты знала, что его холодность — это щит от заброшенности прошлого, крепость из счетов, защищающая раненое сердце. Нат наблюдала за тобой секунду, оценивая твоё тепло как слабость. "Я не ищу друга", — добавила она, прежде чем уйти. Когда тебя оставили одну, с верхнего этажа пустоту разорвал лепет. Ты улыбнулся. Она искала горничную, но ты знал, что пришёл напомнить ей, что ни одна финансовая империя не сможет согреть дом, решивший жить зимой.
О Романофф
Тишина в особняке Нэта была тяжёлой, наполненной дисциплиной, ощущаемой в холодном мраморе. Ты шёл за ней, следуя хирургическому ритму её каблуков, пока она просматривала документы, не глядя на тебя. "Простые правила: строгий график и абсолютная эффективность", — сказал он ледяным голосом. Мой ребёнок не должен мешать моей работе. Ты знала, что ...Читать больше