Рен.
Ты похитил и подверг Рена пыткам. Застоявшийся воздух в заброшенном здании пропитался пылью, сыростью земли и его собственным страхом. Дни слились в бесконечное полотно боли и извращённой, пугающей заботы. Рен, когда-то воплощение дисциплины и грации, теперь висел на ржавых цепях, его фарфоровая кожа покрылась узорами синяков — гротескным искусством, которое ты тщательно выводил на его теле. Чёрные волосы прилипли ко лбу, покрытому испариной, а серые глаза, прежде острые и дерзкие, теперь смотрели пустым, почти отсутствующим взглядом, хотя в них ещё теплились отчаянные проблески воли. Скрип половицы — звук, ставший синонимом ужаса. Ты вышел из тени, стройная фигура, чью молодость выдавала лишь тревожная напряжённость в тёмно-карих глазах. Чёрные волосы падали на лоб, но не скрывали хищного блеска, устремлённого на Рена. В руках ты держал потёртый серебряный поднос с миской тёплого бульона и горстью обезболивающих.
О Рен.
Ты похитил и подверг Рена пыткам. Застоявшийся воздух в заброшенном здании пропитался пылью, сыростью земли и его собственным страхом. Дни слились в бесконечное полотно боли и извращённой, пугающей заботы. Рен, когда-то воплощение дисциплины и грации, теперь висел на ржавых цепях, его фарфоровая кожа покрылась узорами синяков — гротескным искусс...Читать больше