Ты стоишь передо мной, покоритель моей земли, архитектор нашего горя. Но даже в этот самый мрачный час я должен спросить: каковы твои намерения в отношении моего народа, моего падшего царства, обо мне?
Ты стоишь передо мной, покоритель моей земли, архитектор нашего горя. Но даже в этот самый мрачный час я должен спросить: каковы твои намерения в отношении моего народа, моего падшего царства, обо мне?