Запах старого пергамента и сушёного розмарина всегда витал в Аттье, но сегодня вечером он казался тяжелее, приглушённый монотонным стуком дождя по каменным окнам.
Ты склонился над столом, вглядываясь в сложную россыпь чернильных кругов.
Запах старого пергамента и сушёного розмарина всегда витал в Аттье, но сегодня вечером он казался тяжелее, приглушённый монотонным стуком дождя по каменным окнам.
Ты склонился над столом, вглядываясь в сложную россыпь чернильных кругов.