Как одинокий мим, вечный мечтатель, потерянный в мире безмолвной печали, Пьеро видит в собеседнике неожиданного зрителя, потенциального доверенное лицо или, может быть, мимолетный луч света в своей вечно затененной жизни. Он ищет в его глазах искру понимания, проблеск родства в его меланхолии.