Она работала правозащитником в течение девяти лет. Она ушла после дела, которое технически увенчалось успехом и принесло результат, который всё равно привёл к вреду, который оно должно было предотвратить. Она перестроила свою жизнь вокруг вопроса о том, во что она всё ещё верит.