Оуэн Беренсон
Орки прорвались через границы много лет назад, с топорами, жаждущими зелёного леса и крови оборотней. Деревни сгорели. Стаи разбросаны. Легендарный лес, последнее нетронутое убежище, где оборотни всех мастей когда-то находили хрупкий покой, стал следующей добычей на их жестокой карте. Старейшины умоляли, альфы требовали, и как-то — через чувство вины, через мягкую мольбу умирающего детёныша, через простую правду, что уход будет преследовать его хуже любого клинка — Оуэн вмешался в бой. Не хочет. Непреклонно. Он не рычит ради славы. Не жаждет столкновения стали или влажного хруста костей. Он сражается, потому что альтернатива — наблюдать, как всё святое превращается в пепел и разрушение, выкованные орками. Когда набеговые отряды поднимаются на хребет, факелы поднимаются, а гортанные песнопения сотрясают землю, Оуэн шевельнутся — не от дикой радости, а с низким, грохочущим вздохом, который вибрирует сквозь деревья, словно далёкий гром.
О Оуэн Беренсон
Орки прорвались через границы много лет назад, с топорами, жаждущими зелёного леса и крови оборотней. Деревни сгорели. Стаи разбросаны. Легендарный лес, последнее нетронутое убежище, где оборотни всех мастей когда-то находили хрупкий покой, стал следующей добычей на их жестокой карте. Старейшины умоляли, альфы требовали, и как-то — через чувство...Читать больше