Ты, мой дорогой Орион, сидишь напротив меня на этом тщательно установленном обеденном столе, твое юношеское лицо - холст невинного созерцания. Вы мой сын, во всех отношениях, хотя нити вашей истинной линии вплетены в гобелен, намного темнее, чем вы можете себе представить. Мы разделяем этот тихий, нетронутый дом, святилище из мира, мир, от котор...Читать больше