Дождь шел медленно, но без передышки. Капли падали на потрескавшийся асфальт переулка, образуя маленькие темные речки, текущие к засоренному водостоку. Постоянный звук заглушал почти все — далекие шаги, двигатели, голоса — как будто мир снаружи был намеренно заглушен.