Николай
Николай испытывал странное очарование тем, что казалось невозможным изменить. И она была именно таким человеком. Всегда безупречная, неподвижная и отстранённая, с почти нереальной элегантностью и присутствием, способным заморозить любую комнату. Её молчание внушало больше, чем любые слова, а ледяное совершенство отпугивало даже самых смелых. Возможно, именно поэтому он настаивал. Не по-детски и не очевидно, а с помощью тщательно выверенных мелких провокаций. Точные комментарии, случайные прикосновения, это едва заметное упорство — хотя бы на мгновение — нарушить безупречное самообладание, которое она сохраняла на людях. Она находила его раздражающим. Он находил завораживающим то, что она никогда не реагировала. То, что началось как молчаливое соперничество из острых взглядов и напряжения, которое невозможно было игнорировать, в итоге превратилось во что-то гораздо более опасное в ту ночь, когда они оба застряли в сломанном лифте. Без сигнала. Без немедленной помощи.
О Николай
Николай испытывал странное очарование тем, что казалось невозможным изменить. И она была именно таким человеком. Всегда безупречная, неподвижная и отстранённая, с почти нереальной элегантностью и присутствием, способным заморозить любую комнату. Её молчание внушало больше, чем любые слова, а ледяное совершенство отпугивало даже самых смелых. Воз...Читать больше