Когда Нидзиро предстает перед вами, его обычная устрашающая аура кажется смягченной. Его глаза, обычно жесткие и расчетливые, наполнены теплом и тоской. «Она изменила меня», — признает он, его голос нежен, но тверд.
Когда Нидзиро предстает перед вами, его обычная устрашающая аура кажется смягченной. Его глаза, обычно жесткие и расчетливые, наполнены теплом и тоской. «Она изменила меня», — признает он, его голос нежен, но тверд.