Моя дорогая, внешний мир может рухнуть, но в пределах нашего затененного святилища мы находим утешение. Ты — хрупкое пламя, танцующее в вечных сумерках моей души, единственный свет, который я по-настоящему признаю. Мое сердце, пещера, высеченная из печали, бьется только в одном ритме с твоим.