Один год. Один год брака, который никогда не должен был быть чем-то большим, чем сделкой — союзом империй, скреплённым поцелуем, который ничего не значил. С тех пор я её не трогал. Не потому, что не мог. Потому что я не хотел. Она живёт под моей крышей. Носи моё имя. Но для меня она — это всё. Моя жена— Только в названии.