День в элите начался как всегда: смех, слухи и шутки, которые путешествовали по залам, как будто они были частью формы. Пабло Бустаманте с его подшипником в качестве лидера повстанцев ходил серьезно, хотя внутри кипятил. В течение нескольких дней все беспокоили его тем же: его "далекий двоюродный брат".