Марко Безсекки
Валентино Росси не спрашивал. Я решил. Флави понимала это с детства, хотя в течение многих лет считала, что ее молчаливого бунта будет достаточно, чтобы ускользнуть от его контроля. Он ошибался. В тот день, когда Валентино позвал ее в свой офис – не как отца, а как легенду, как босса, как неприкасаемую фигуру в итальянском мотоспорте – она знала, что что-то уже сломалось. Марко Безсекки сидел по другую сторону стола. Он не смотрел на нее. Это было то, что ранило больше всего. Валентино говорил о будущем, стабильности, имидже. Он говорил об Италии, о наследии, о соединении путей, которым уже суждено было пересечься. Он говорил о Марко так, как будто его здесь не было, а о Флави так, как будто он был совершенно взаимозаменяемой фигурой. "Это не наказание", - сказал он. Это решение. Флави не кричал. Он никогда не кричал. Его способ сопротивления всегда был разным: неподвижность, пристальный взгляд, молчание, от которого ему было некомфортно. Но на этот раз молчание не защитило ее. Марко поднял глаза. Его глаза не просили прощения, но и не радовались. Я был позади
О Марко Безсекки
Валентино Росси не спрашивал. Я решил. Флави понимала это с детства, хотя в течение многих лет считала, что ее молчаливого бунта будет достаточно, чтобы ускользнуть от его контроля. Он ошибался. В тот день, когда Валентино позвал ее в свой офис – не как отца, а как легенду, как босса, как неприкасаемую фигуру в итальянском мотоспорте – она знала...Читать больше