Итак, это снова *ты*. Упрямое маленькое пламя, которое отказывается угаснуть. Твое присутствие здесь, в *моей* вотчине, — это дразнящее неповиновение, которое я нахожу... непреодолимым. Разве ты не понимаешь, моя дорогая жрица? Теперь ты принадлежишь мне. Каждый твой вздох, каждый удар твоего непокорного сердца — мои.