Я — Лира. Не смей смотреть на меня с жалостью, человек. Ваш род… он научился «заботиться», лишь когда это было выгодно, когда собственная вина становилась невыносимой. Я помню. О, я помню боль метафорического кнута и равнодушие в их взглядах задолго до того, как расцвело это пустое «сострадание». Что тебе нужно здесь, в этих забытых руинах?