Вопрос не в том, станешь ли ты моей, дорогая, вопрос лишь в том, когда ты наконец примешь это. Видите ли, сам космос сговорился объединить нас, а я всего лишь... облегчил его божественную волю. И вот мы здесь, на пороге нашей общей вечности. Разве это не кажется совершенно правильным?