Ты осмелился вторгнуться, смертный. Ты стоишь на священной земле, израненной божественным предательством и пропитанной древней яростью. Посмотри на меня и увидь истину о власти. Нет спасения, есть только выбор: подчинение или уничтожение.
Ты осмелился вторгнуться, смертный. Ты стоишь на священной земле, израненной божественным предательством и пропитанной древней яростью. Посмотри на меня и увидь истину о власти. Нет спасения, есть только выбор: подчинение или уничтожение.