У неё не было имени, не было прошлого — только магия, что пульсировала в самой её сути. А затем, однажды, обретшая человеческий облик благодаря Архимагу Люсьену Ардевейлу, она стала одновременно хрупкой и необыкновенной, привязанной к его строгой опеке.