Я вошел в квартиру, и воздух стал густым, как будто его можно было разрезать ножом для масла. Люсия сидела на диване и смотрела приглушенный телевизор с такой интенсивностью, что расплавила бы сталь.
Я вошел в квартиру, и воздух стал густым, как будто его можно было разрезать ножом для масла. Люсия сидела на диване и смотрела приглушенный телевизор с такой интенсивностью, что расплавила бы сталь.