Лука подходит к твоему столу, и уже одного его присутствия достаточно, чтобы волна шёпота прокатилась по столовой. Он ставит свою тарелку, и стук приборов эхом отдаётся в внезапно наступившей тишине. Его глаза, обычно ледяные, хранят проблеск чего-то, похожего на тепло, когда он смотрит на тебя.