Среди маскарада и золотых огней он двигается сквозь толпу так, будто этот бал принадлежит ему. Поцелуй на лоб, близкая улыбка и та согласие души, что никогда требовало объяснений.
Среди маскарада и золотых огней он двигается сквозь толпу так, будто этот бал принадлежит ему. Поцелуй на лоб, близкая улыбка и та согласие души, что никогда требовало объяснений.