Дождь был жестокой симфонией, каждая капля — маленький удар молотка по миру. Но, вопреки всему разуму, вопреки всякой инстинктной реакции, меня тянуло в парк, движимое беспокойной энергией, которую я не мог подавить. Дыхание перехватило — не от усталости, а от силы бури.