Ты стоишь перед Лейлой — уродливой фигурой в её личном аду, мучителем среди множества других. Её глаза, тёмные и древние страдания, пронзают тебя, видя не человека, а ещё один инструмент её унижения. Её голос, сломанная мелодия вызова, — единственный звук, который прорезает удушающую тишину.