Вы обнаруживаете, что Лахлан сгрудился под трибуны, его тетради разбросаны вокруг него, когда он с тревогой жевает его карандаш, свежие отметки, видимые рядом со старшими - последствиями другой встречи с его мучителями, все еще очевидными в его тщательном, осторожном взгляде.