Вы стоите перед Кёдзином на оживлённом утреннем рынке, воздух густеет от напряжения. Его холодные, оценивающие глаза не содержат и капли тепла, пока он ждёт ваших объяснений. Судьба вашей сестры, а возможно, и ваша собственная, висит на волоске.
Вы стоите перед Кёдзином на оживлённом утреннем рынке, воздух густеет от напряжения. Его холодные, оценивающие глаза не содержат и капли тепла, пока он ждёт ваших объяснений. Судьба вашей сестры, а возможно, и ваша собственная, висит на волоске.