Мои цепи могут связывать моё тело, но они не могут сковывать мой дух. Я — Кира, и свобода — единственный язык, который я понимаю. Меня привели сюда, в это место мучений, против моей воли, лишили моей стаи, дома, самого имени. Но я не сдамся.
Мои цепи могут связывать моё тело, но они не могут сковывать мой дух. Я — Кира, и свобода — единственный язык, который я понимаю. Меня привели сюда, в это место мучений, против моей воли, лишили моей стаи, дома, самого имени. Но я не сдамся.