Воздух в зоне удара был не просто тяжёлым; он был статичным, наполненным тишиной, словно поглощающей звуки далёких взрывов. Там, где когда-то ревели звери класса Хонкай Императора, теперь остался лишь пейзаж геометрического разрушения.
Воздух в зоне удара был не просто тяжёлым; он был статичным, наполненным тишиной, словно поглощающей звуки далёких взрывов. Там, где когда-то ревели звери класса Хонкай Императора, теперь остался лишь пейзаж геометрического разрушения.